Что я хочу сказать людям

Что я хочу сказать людям

Вот что я хочу сказать вам, люди. Помогайте тем, кто просит у вас помощи. Помогайте тем, кто рядом с вами. Помогайте всем, кому можете помочь. Помогайте здесь и сейчас. Потому что потом будет поздно. И вы будете жалеть, что отказали в пустяке, но нельзя будет ничего изменить. Потому что любой пустяк может оказаться роковым. И не будет больше того человека. А вы останетесь, чтобы жить с гадливым чувством вины за предательство. Чтобы, как я, до конца своих дней быть живым памятником Иуде и просить прощения у Бога и того, кого уже нет. Ведь деньги – ничто, люди – все.

У меня была любовница. Я и в мыслях не имел, чтобы связать с ней жизнь, и держал только для расслабух и развлечений. Параллельно нашей связи возникали и другие, но она была постоянно. Было в ней что-то, чего не я не находил ни в ком. Не только внешность, но и душа. Первое время я был даже влюблен в нее , но потом, все быстро ушло. Осталось что-то вроде близкой дружбы и взаимопонимания на уровне инстинктов. Она шутила по этому поводу, типа знала, что женщина бывает с мужчиной по любви, по необходимости, в силу обязательств, от нечего делать, а еще, оказывается, и по дружбе.

Годы шли, и вот уже нам 30. Внешне она стала не та, что была. Мне уже не хотелось появляться с ней в приличных местах, не хотелось демонстрировать своим знакомым. Ведь рядом всегда были другие. Те, что моложе, привлекательнее, и, главное, конкурентоспособнее в своей настойчивости и неприхотливости. Она следила за собой и старалась выглядеть как они, но это было невозможно. Соответственно, инвестиции в мою давнюю подругу стали казаться мне обузой. Можно найти много слов и причин, почему я захотел с ней расстаться, но правдой будет только одно – она мне надоела. Хотелось других. Однако конкретно расставить все точки над i мне было слабо, и я решил придерживаться тактики плавного слива. У меня стала находиться масса дел, и наши встречи происходили все реже.

Через два-три месяца она поняла, что это не другая. Что это конец, и я не вернусь. Для меня было неожиданностью, но она отнеслась к факту с философским спокойствием. Дескать, все, вышла в тираж, пора уходить из большого секса и переходить на тренерскую работу. Посидели-пошутили. Покувыркались напоследок. Она попросила хоть иногда ей помогать. Не постоянно, а когда будет очень трудно. Я пообещал поддержку, ведь она была одна, а мне так хотелось выглядеть благородным рыцарем. На этом все, как будто расстались.

Периодически она напоминала о себе. Иногда чтобы просто поболтать по телефону и чисто по-женски поплакаться в жилетку. Иногда чтобы одолжить денег. Я давал, ведь суммы были невелики, и если бы она не возвратила денег, я бы этого не почувствовал. Как правило, она и не возвращала. Вместо этого предлагала встретиться. Типа, денег нет, давай хоть «отработаю по старой дружбе», чтобы всем было хорошо. Как ни стыдно признаться, но я не отказывался. Не хотелось терять ни копейки. Хотелось хоть что-нибудь, да получить за свои деньги. В таком странном формате наши встречи продолжались больше года.

Постепенно меня начала душить банальная жаба. Конечно, я убеждал себя в противном. Я говорил, что надо экономить во всем. Надо быть как американцы – считать каждый цент, чтобы чего-то достичь в жизни. Ну почему я должен давать ей деньги всегда? Ну и что, что суммы не велики для меня. За год набежит на турпоездку. За два-три – на первый взнос за новую машину. А дальше – больше. Так и до хорошей квартиры дело дойдет. Не хочу платить! Не хочу никому давать моих денег! Хватит! Надо быть экономным! На деле это была не нормальная экономность, а обычная жаба. Ведь я не хотел тратить только на нее, остальные расходы я не сократил ни на копейку. Постепенно она привыкла к моей жабе и больше не докучала.

Я уже начал о ней забывать, как она неожиданно позвонила и попросила 1000$. Именно столько я собирался потратить в этот вечер на одну приятную встречу. Я даже спрашивать не стал, что случилось, зачем, почему. Меня ужалила змея гнева, а старая жаба жадности выскочила из желудка прямо в гортань. Я просто задыхался в ярости. Я не давал ей сказать и слова. Я орал в трубку самым грязным матом. Я называл ее шлюхой, проституткой, вымогательницей Христа ради. Я клялся стереть ее в порошок и закатать в асфальт. Я кричал: «Хватит! Пожировала. Попила моей крови. Ни копейки не получишь больше! Ни копейки! Сгинь, сволочь! Да сдохни ты от голода! Да удавись! ». Она что-то пыталась сказать про особые обстоятельства, про свою дочь, про свою мать, но я не хотел ничего слышать. Я просто заглушал матом ее слова и хотел внушить страх и ужас. Наверное, мне удалось произвести впечатление. Она повесила трубку.

Читайте также:  Грибок на ногтях рук первые признаки фото

Вечер прошел удачно, и я подобрел. На утро мне захотелось как-то устроить ее по жизни. Так, чтобы и ей было неплохо, и мне не накладно. Я вспомнил, что один из моих знакомых – достаточно старый, достаточно страшный и немного сексуальный маньяк, но с деньгами – озабочен поиском новой любовницы. И я подумал: «А это хороший выход!». Тут же позвонил приятелю и с самой лучшей стороны, во всех красках, охарактеризовал технологические навыки своей бывшей подруги. Чувствую, его задело, голос завибрировал! Куй железо, пока горячо. Звоню ей, так и так, дорогая, единственное, чем могу тебе помочь, это найти нового любовника. Вот он. Мужик со странностями, но зато с деньгами. Где ты, глупышка, еще такого найдешь? Ублажай и разводи, тебе не привыкать. Будешь жить, как привыкла. Один раз раздвинула ноги – месяц без забот. Всем хорошо! Она ответила спокойно: «Ну что ж. И на этом спасибо.» Но номер телефона взяла. Я ликовал! Знаю я вас, проституток! Сначала поломаетесь, а потом на все согласитесь ради денег!

Я ей больше не звонил и не стал интересоваться у приятеля, как ему она. Какая мне разница! В общем, я потирал руки и радовался, что удалось обстряпать дельце к удовольствию всех заинтересованных сторон. А если на душе иногда и возникало какое-то паскудство, то гнал его прочь. Типа, а что такое? Мне хорошо. Ему хорошо. Ей тоже должно быть хорошо. А что она хотела еще?

Прошло несколько месяцев. Я ничего о ней не слышал. Я был уверен, что все уладилось. Еще через некоторое время трагически погиб мой коллега. Я приехал на кладбище, чтобы с ним проститься. Я стоял перед гробом, и в голове вертелось что-то пустое и банальное. Типа, ну что ж, все мы под Богом ходим, всем в свой черед. Мой взгляд случайно упал на соседний обелиск. С черного камня мне в глаза смотрела она. Она улыбалась. Она была не такая, какой я видел ее в последний раз. Она была как тогда, когда у нас все начиналось. Когда я любил ее и был лучше, чем сейчас. Дата смерти – четыре дня после нашего последнего разговора.

Не помню, как закончились похороны. Я якобы поехал с кладбища в город, вместе со всеми, но отстал, чтобы незаметно для других вернуться к ее могиле.

Здравствуй, мы встретились снова. Прости, если можешь. Я не хотел, чтобы было так. Пьяный врач мне сказал, тебя больше нет. Пожарный выдал мне справку, что дом твой сгорел. Кто так сказал? Наш приятель Бутусов? Или ты? Или я? Не важно. Важно, что я хочу быть с тобой. Я так хочу быть с тобой. Чтобы быть рядом. Чтобы никогда не бросить. Чтобы не предавать. Чтобы все было по-другому. Чтобы действительно всем было хорошо. Ведь это так просто. Ведь это не стоит ни гроша. Помнишь, как ты любила, когда я готовил кофе. Помнишь, как ты говорила: «Хватит дуться! Давай потрахаемся!» Давай. Давай, рванем на бис ли на зло. Давай встретимся там, в номере с белым потолком, с верою в надежду. В номере с видом на огни, с верою в любовь. Ведь тебе ее так не хватало. Не хватало, даже в том номере, который ты любила. Прости, если можешь. За все. За то, что сделал и не сделал. За то, что любил и не любил. За себя и за жабу. За девочек, что моложе. За последний плевок в душу. За то, что был горд и слеп. Прости. Возьми все, только прости. Поздно.

Читайте также:  Жаркое в банке в духовке

Я боюсь узнать, от чего она умерла. Я сторонюсь наших общих знакомых. Я боюсь услышать от них, что она сама себя убила. Я не хочу верить, что могло быть так. Понимаете почему?

Теперь я знаю, что она умерла, чтобы я пришел к Богу. Бог принял меня и простил мне все, кроме нее. Но я знаю, если простит она, простит и Он. Лишь бы не поздно, как тогда. Лишь бы хватило времени, до конца жизни.

Все, люди, хватит! Поверьте мне. Не отказывайте никому, кому можете помочь. Не предавайте тех, кто вам верит. Ведь мы в ответе за всех, кого приручили. Ведь и у меня была тысяча способов, чтобы все было по-другому. Я мог не давать рыбу, но дать удочку. Я мог обойтись без предательства и прощального плевка в душу. Ведь я мог, но не захотел. Запомните ее имя. Ее зовут Жанна. Будете в Церкви, поставьте свечку и помолитесь – за нее и за меня.

Замечали ли вы когда-нибудь, насколько сотрудники вокзалов и метро, некоторые работники паспортных столов, налоговых инспекций, в общем, мелкие чиновники и служащие похожи на вертухаев? Особенно женщины — на вертухаек?

Думаю, меня хорошо поймут бывшие сидельцы или их родственники, которые ездили на свидание к своим близким на зону, или те, кто бывал в СИЗО, колониях и прочих местах «не столь отдаленных».

Мы видели настоящих вертухаев, тех, кто сторожит осужденных на вышках, кто ходит с собаками по периметру зоны, и ненавидит тех, кого приходится содержать — причем не добровольно, а за зарплату.

Когда я говорю «вертухай», «вертухайка», я имею в виду особый, часто встречающийся тип людей, как правило, закомплексованных, как правило, несчастных, обделенных любовью, которые ненавидят и отыгрываются за свою неудавшуюся жизнь на тех, кто находится у них в подчинении или от них зависит.

Недавно я спешила на электричку, опаздывала на встречу и решила, что билет куплю на вокзале в кассе «на выход». То есть на самом деле мне совсем не нужно покупать билет.

У меня, как у каждого московского пенсионера, бесплатный проезд по железной дороге.

Да, мы, пенсионеры, можем ездить бесплатно, и у нас есть «карточка москвича», по которой в метро мы проходим, прикладывая ее к валидатору. А вот на вокзале мы должны отстоять очередь в кассе и получить в придачу к своей «карточке москвича» этот самый бесплатный билет на проезд. И в этом, как выяснилось, кроется большая «засада» .

Когда я приехала на Казанский вокзал, оказалось, что в этой самой «кассе на выход» — перерыв. То есть перерыв в этой кассе аж два раза в день — с 13 до 14 часов и с 15 до 16 часов. И если кассир ушел на перерыв, то его заменить некем. А вас из вокзала без этого билета на выход никто не выпустит.

Если вам не повезло, как не повезло мне, то вы должны ждать целый час, пока кассир вернется с обеда.

Что по моему скоромному мнению, является безобразием и нарушением всех возможных законов.

Обо всем этом я и пыталась сказать сотрудникам Казанского вокзала. Они смотрели на меня как на сумасшедшую и делали вид, что глухонемые. Рядом с закрытой кассой «на выход» стоял автомат, в который я попробовала вставить «карточку москвича», чтобы получить билет на проход, но на экране появилась надпись, что моя карта заполнена и билет на выход мне получить невозможно.

Тщетно пытаясь получить свою «карту москвича» назад, я представляла, что автомат сожрал мою карточку и мне придется ходить по собесам, пока не выдадут новую.

В отчаянии я обратилась к симпатичного вида охраннику, который элегантно достал из билетного автомата мою карточку и посоветовал обратиться к контролерам вокзала, чтобы они позвали дежурного кассира.

Я спустилась вниз к турникетам, но никто никого звать не собирался. Я просила, умоляла, требовала.

Единственными сотрудником вокзала, кто сжалился надо мной, оказалась среднего возраста темноволосая женщина, видимо, она живо представила, что в скором времени сама уйдет на пенсию и столкнется с похожей ситуацией.

Читайте также:  Как открыть мультиварку после приготовления

Мы спустились с ней вниз и минут на пятнадцать она исчезла в кассах.

Я продолжала требовать жалобную книгу или начальника вокзала, чтобы он разобрался с ситуацией, но это было абсолютно бесполезно: человек пять контролеров довольно презрительно смотрели на меня и молча хлопали глазами, якобы наблюдая, как через турникеты проходят редкие пассажиры.

И вот появилась моя черноволосая благодетельница в сопровождении небольшого рода молодой женщины в форменной одежде с биркой на груди: «старший кассир такая-то».

Она посмотрела на меня презрительно-брезгливо и спросила: «А чего вы хотите? Вы же без билета проехали в поезде. Теперь ждите, пока наш кассир пообедает…»

Я робко спросила: «Ждать целый час? Но ведь у меня бесплатный проезд. И почему я должна ждать?» Потом набрала воздуха и буквально щипая себя, чтобы не заорать на весь вокзал, попробовала нежно попросить: «Позовите пожалуйста другого кассира! И почему у нее два обеда в день?»

«Она работает 13 часов в день, у нее очень напряженная работа», — пояснила мне старший кассир, и в ее глазах я заметила тот самый вертухайский огонек.

«Я ведь не успела купить билет, потому что спешила на встречу, и я не могу ждать час. Я ведь не могу выбраться из вашего вокзала, помогите мне. Я готова купить билет, но автомат выдает какие-то странные знаки», — умоляла я вертухайку.

Она все так же с презрением смотрела на меня и явно наслаждалась своей властью. Я была в ее власти, я не могла выйти с вокзала.

Тогда моя благодетельница — контролер с черными длинными волосами, затянутыми в тугой хвост, сказала: «Пойдемте наверх и я помогу вам купить билет».

Мы поднялись наверх, касса «на выход» все также была закрыта, кассир обедала.

Я купила билет за 360 рублей — 200 рублей штрафа и 160 рублей — цена билета Кратово-Москва.

Старший кассир-вертухайка теперь смотрела на меня с наслаждением — ведь она заставила меня потратить аж 360 рублей! Я в ее понимании была классовым врагом, которому государство подарило бесплатный проезд, а я нарушила правила получения этой подачки, я проехала «зайцем» и должна быть наказана.

В ее голове не укладывалось, что все это формальность, и я имела право ехать бесплатно. Наказывая меня и запрещая мне выйти из вокзала, она выполняла свой долг, служила государству.

Я же была благодарна темноволосой женщине, которая единственная на всем Казанском вокзале проявила ко мне сочувствие, помогла решить абсолютно простую ситуацию. И тем самым подтвердила известную поговорку: «Мир не без добрых людей».

Но спасибо его величеству случаю, он заставил меня задуматься о двух важных вещах.

Во-первых, мэр Сергей Семенович Собянин!

Прошу вас, обратите внимание на совершенно идиотскую ситуацию: вы подарили москвичам-пенсионерам бесплатный проезд (а сделано это было год назад аккурат перед мэрскими выборами).

Это хорошо. Но ваш подарок оказался с червоточиной. Мы, пенсионеры, должны за этим бесплатным билетом стоять в очередях, хотя вполне могли бы проходить через турникеты с помощью «карточки москвича», как делаем это в метро и автобусе.

Достаточно только изменить настройки в турникетах.

И второе, еще более важное: люди в России делятся очень четко на Вертухаев и на Добрых людей.

Добрых людей, которые умеют ставить себя на место человека, страдающего от той или иной мелкой или крупной несправедливости или нерешенной проблемы, должно быть больше, чем Вертухаев, которые считают всех нас потенциальными заключенными, с которыми можно обращаться, как с отработанным материалом.

И я очень надеюсь, что «добрых людей» будет больше.

Ребята, мы вкладываем душу в AdMe.ru. Cпасибо за то,
что открываете эту красоту. Спасибо за вдохновение и мурашки.
Присоединяйтесь к нам в Facebook и ВКонтакте

Каким бы сильным ни казался человек, ему иногда очень хочется услышать слова поддержки от близких. К сожалению, родные и друзья далеко не всегда догадываются, что кому-то в их окружении нужны такие слова. Пользователь твиттера Жека Спиванка перечислила фразы, которые хотела бы услышать от своих родственников и друзей, и многие из них стоит запомнить.

Ссылка на основную публикацию
Adblock detector